Однажды могущественный правитель государства, чьи границы без стеснения смещались в сторону соседей, решил построить стену, которая бы ограничивала его от набегов мятежных варваров. Её строили много дней и ночей, задействовав сначала крестьян, а потом и войнов, чтобы они следили за теми, кто недостаточно хорошо выполняет свои обязанности. На возведение стены в другие страны уходили караваны с сундуками, полными золота, а возвращались гружённые камнями, изнемогая от усталости. Стена становилась всё выше и длиннее. Но это притча не о том, как государь, перед которым лежал весь мир решил запереть свои амбиции из-за страха.
Спустя много лет, когда империя осталась на страницах истории, а стена потеряла свой лоск под безжалостными ударами времени, два мальчика соревновались между собой, кто сможет залезть выше по древним кирпичам. Они знали друг друга с рождения и отличались известным сумасбродством, которое отличает лучших друзей. И когда один из них сорвался, второй успел схватить его за руку. Чувствуя, что если он продолжит держать своего товарища, он упадёт вместе с ним, мальчик ослабил хватку и его друг упал вниз. Он получил травму спины, но выжил, с годами став известным юристом. Но это притча не о том, как больно падать, потеряв поддержку лучшего друга.
Когда планета горела в огне всемирной войны, про стену забыли. Она уже стала культурным наследием, ненужным в хаосе идеалогической распри. В день, когда на город, расположенный недалеко от стены, сбросили бомбы, молодая ящерица-мать оберегала яйца со своими будущими детьми. И когда волна огня смела её и всё живое, что находилось на поверхности, из кладки в трещине стены вылупился первый ящерёнок. Он спустился на землю, недоумённо посмотрел на горящие земли вокруг себя и не нашёл лучшего решения, как утолить голод младенца своими нерождёнными братьями. Что с ним сталось дальше неизвестно, ведь это притча не о том, как живые существа цепляются за своё существование любой ценой.
Наблюдая последние дни вселенной, последний человек вышел из своей пещеры в глубокой задумчивости. Не осталось никого, о ком он мог бы позаботиться, не осталось ничего, что он мог бы сделать. Ему оставалось только наблюдать за тем, как вселенная, нарушая свои собственные законы, танцует свой прощальный вальс. Он видел, как камни от того, что было когда-то стеной, забыв о своём предназначении, медленно падают вверх. В их неторопливом, лишённом логики и гравитации движении, наблюдалась грация бесконечного пути. Человек с грустью любовался тем, что когда-то было домом и для него, и для многих тех, кто жили до него, превращается в пыль. И притча эта не о том, как одиночество становится единственной подругой в конце пути.
Эта притча о пыли, которая движимая волей, стала стеной. Она могла остаться, осесть на гардеробах людей, ожидая как однажды её сотрут. Она могла кружиться по пустыням, меняя один холм на другой. В конце концов, она могла стать частью тех вечных ветров, что дуют по вселенной. Но событие за событием, действие за действием, сначала случайно, а потом намеренно, она превратилась в кирпич, ставшим стеной. Стена, чьё рождение было продиктовано волей творца, оказалась тем, камнем, пущенным в воду, от которого расходятся в разные стороны круги, имеющие далеко идущие последствия.
Спустя много лет, когда империя осталась на страницах истории, а стена потеряла свой лоск под безжалостными ударами времени, два мальчика соревновались между собой, кто сможет залезть выше по древним кирпичам. Они знали друг друга с рождения и отличались известным сумасбродством, которое отличает лучших друзей. И когда один из них сорвался, второй успел схватить его за руку. Чувствуя, что если он продолжит держать своего товарища, он упадёт вместе с ним, мальчик ослабил хватку и его друг упал вниз. Он получил травму спины, но выжил, с годами став известным юристом. Но это притча не о том, как больно падать, потеряв поддержку лучшего друга.
Когда планета горела в огне всемирной войны, про стену забыли. Она уже стала культурным наследием, ненужным в хаосе идеалогической распри. В день, когда на город, расположенный недалеко от стены, сбросили бомбы, молодая ящерица-мать оберегала яйца со своими будущими детьми. И когда волна огня смела её и всё живое, что находилось на поверхности, из кладки в трещине стены вылупился первый ящерёнок. Он спустился на землю, недоумённо посмотрел на горящие земли вокруг себя и не нашёл лучшего решения, как утолить голод младенца своими нерождёнными братьями. Что с ним сталось дальше неизвестно, ведь это притча не о том, как живые существа цепляются за своё существование любой ценой.
Наблюдая последние дни вселенной, последний человек вышел из своей пещеры в глубокой задумчивости. Не осталось никого, о ком он мог бы позаботиться, не осталось ничего, что он мог бы сделать. Ему оставалось только наблюдать за тем, как вселенная, нарушая свои собственные законы, танцует свой прощальный вальс. Он видел, как камни от того, что было когда-то стеной, забыв о своём предназначении, медленно падают вверх. В их неторопливом, лишённом логики и гравитации движении, наблюдалась грация бесконечного пути. Человек с грустью любовался тем, что когда-то было домом и для него, и для многих тех, кто жили до него, превращается в пыль. И притча эта не о том, как одиночество становится единственной подругой в конце пути.
Эта притча о пыли, которая движимая волей, стала стеной. Она могла остаться, осесть на гардеробах людей, ожидая как однажды её сотрут. Она могла кружиться по пустыням, меняя один холм на другой. В конце концов, она могла стать частью тех вечных ветров, что дуют по вселенной. Но событие за событием, действие за действием, сначала случайно, а потом намеренно, она превратилась в кирпич, ставшим стеной. Стена, чьё рождение было продиктовано волей творца, оказалась тем, камнем, пущенным в воду, от которого расходятся в разные стороны круги, имеющие далеко идущие последствия.
Комментариев нет:
Отправить комментарий