Несмотря на мою большую любовь к этому автору, у него мне было сложно выделить какие-то точечные фрагменты, потому что повествование нанизывается само на себя и вырванный из контекста отрывок, совершенно терял читабельность. Тем не менее, эти цитаты заставили меня серьезно задуматься.
"— Тут ты столкнешься с совершенно противоположным толкованием, — сказал священник. — Многие, например, считают, что эта притча никому не дает права судить о привратнике. Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит, причастен к Закону, значит, суду человеческому не подлежит. Но тогда нельзя и считать, что привратник подвластен просителю. Быть связанным с Законом хотя бы тем, что стоишь на страже у врат, неизмеримо важнее, чем жить на свете свободным. Тот человек только подходит к Закону, тогда как привратник уже стоит там. Закон определил его на службу, и усомниться в достоинствах привратника — значит усомниться в Законе.
— Нет, с этим мнением я никак не согласен, — сказал К. и покачал головой. — Если так думать, значит, надо принимать за правду все, что говорит привратник. А ты сам только что вполне обоснованно доказал, что это невозможно.
— Нет, — сказал священник, — вовсе не надо все принимать за правду, надо только осознать необходимость всего.
— Печальный вывод! — сказал К. — Ложь возводится в систему".
<<< «Невозможно защититься, если тебя во всем подозревают», – подумал Карл и ничего не ответил старшему администратору, чем, вероятно, очень огорчил Термезу. Он знал: все, что он мог сказать, тотчас получило бы превратное истолкование и судьба его в руках толкователя: захочет – казнит, захочет – помилует.
...
– Неужели ты не рад, – сказала Тереза, оставшаяся с ним рядом, – что все так хорошо устроилось?
– О, да, – Карл улыбнулся ей, совершенно не понимая, отчего он должен радоваться, что его гонят прочь как вора.>>>
"— Тут ты столкнешься с совершенно противоположным толкованием, — сказал священник. — Многие, например, считают, что эта притча никому не дает права судить о привратнике. Каким бы он нам ни казался, он слуга Закона, а значит, причастен к Закону, значит, суду человеческому не подлежит. Но тогда нельзя и считать, что привратник подвластен просителю. Быть связанным с Законом хотя бы тем, что стоишь на страже у врат, неизмеримо важнее, чем жить на свете свободным. Тот человек только подходит к Закону, тогда как привратник уже стоит там. Закон определил его на службу, и усомниться в достоинствах привратника — значит усомниться в Законе.
— Нет, с этим мнением я никак не согласен, — сказал К. и покачал головой. — Если так думать, значит, надо принимать за правду все, что говорит привратник. А ты сам только что вполне обоснованно доказал, что это невозможно.
— Нет, — сказал священник, — вовсе не надо все принимать за правду, надо только осознать необходимость всего.
— Печальный вывод! — сказал К. — Ложь возводится в систему".
<<< «Невозможно защититься, если тебя во всем подозревают», – подумал Карл и ничего не ответил старшему администратору, чем, вероятно, очень огорчил Термезу. Он знал: все, что он мог сказать, тотчас получило бы превратное истолкование и судьба его в руках толкователя: захочет – казнит, захочет – помилует.
...
– Неужели ты не рад, – сказала Тереза, оставшаяся с ним рядом, – что все так хорошо устроилось?
– О, да, – Карл улыбнулся ей, совершенно не понимая, отчего он должен радоваться, что его гонят прочь как вора.>>>
Комментариев нет:
Отправить комментарий